Лондонский суд допустил к рассмотрению иск о пропаже 2 323 BTC в деле о разводе

Высокий суд Лондона рассмотрел спор между супругами, находящимися в разводе, из-за 2 323,28 BTC. В решении от 10 марта судья Коттер оценил шансы истца, Пинг Фай Юэня, на успех как очень высокие, хотя вопрос об ответственности супруги пока не решён окончательно.

По версии истца, монеты хранились на аппаратном кошельке Trezor с шестизначным кодом, но доступ к ним можно было восстановить с помощью секретной фразы из 24 слов на другом устройстве. Мужчина утверждает, что жена узнала эти слова, тайно записав его на диктофон во время подготовки к разводу. Заподозрить её помогли слова старшей дочери: после этого истец сам установил записывающие устройства и предъявил суду записи разговоров от 29 и 31 июля 2023 года, где обсуждались переводы монет и сложности с их конвертацией.

Биткоины ушли с адреса 2 августа 2023 года и разошлись по 71 адресу. С 21 декабря 2023 года движений не фиксировалось. За время разбирательства стоимость активов колебалась от 160 до 180 млн фунтов стерлингов (примерно 192–216 млн евро).

Обнаружив переводы, мужчина напал на жену и в сентябре 2024 года получил обвинительный приговор, признав вину. Полиция в декабре 2023 года задержала саму женщину и изъяла у неё десять аппаратных кошельков и пять фраз восстановления, но дальше не пошла: ждала новых доказательств.

Судья отклонил требование, основанное на иске о «conversion» — английском механизме защиты материального имущества, посчитав, что действующая практика не позволяет распространить его на биткоин, несмотря на закон Великобритании о цифровых активах 2025 года. Дело при этом продолжится по другим основаниям: неосновательное обогащение, нарушение конфиденциальности и требование о возврате активов. Сохраняется и приказ об обеспечительных мерах — юридическое обязательство, а не техническая блокировка в блокчейне.

Суд также отклонил требование об обеспечении судебных расходов супруги, изначально оценённых почти в 679 000 фунтов: по мнению суда, эти оценки завышены. Защита оспаривает точность расшифровок разговоров и указывает на возможную причастность других лиц.